February 12th, 2013

Чертополох

Первая ласточка из "Сколково"

Не удивлена.

МОСКВА, 12 февраля. Главным следственным управлением  СК РФ возбуждено уголовное дело в отношении директора департамента финансов некоммерческой организации "Фонд развития Центра разработки и коммерциализации новых технологий" Кирилла  Луговцева, генерального директора таможенно-финансовой компании "Сколково" Владимира Хохлова и других лиц по ч. 4 ст. 160 УК РФ (хищение вверенного чужого имущества путем растраты), сообщили в пресс-службе ведомства. Основанием для возбуждения уголовного дела послужили материалы Счетной палаты РФ и ФСБ России.

Как установлено, в 2011 году фондом была  создана дочерняя компания ООО "ТФК "Сколково", в задачу которой входило оформление таможенных грузов, предназначенных для развития наукограда. На Луговцеве лежала обязанность по контролю за финансовой  деятельностью компании. Выделенные из бюджета средства были потрачены на помещение для ТФК "Сколково", которое  было взято в аренду   у  компании ООО "Ника", принадлежащей родителям  Луговцева. Причем договор аренды был составлен таким образом, что все денежные средства перечислялись авансом за три года вперед и без права их возврата арендатору в случае расторжения соглашения. При этом Хохлов и Луговцев приняли решение об оплате капитального ремонта арендованного здания.

http://www.rosbalt.ru/moscow/2013/02/12/1092717.html
Чертополох

Почему из обязательной программы по литературе исключен Куприн?

Перечитывали ли вы Александра Куприна? Ниже приводится отрывок из повести "Поединок", в котором уместился весь "национальный вопрос" в представлении классика. Писатель откровенно любуется предполагаемым черкесом, армян называет армяшками, а еврейских девушек - жидовочками. Понятно, что проводить урок по такому произведению надо виртуозно, обходя острые углы возможно "унижающего национальное достоинство и пропагандирующего неполноценность представителей какой-либо нации" текста. Я уж не говорю про его знаменитую "Яму".

                                             
* * *

— Все надоело, Кука! — сказал Веткин и зевнул. — Постойте-ка, кто это едет верхом? Кажется, Бек?
— Да. Бек-Агамалов, — решил зоркий Лбов. — Как красиво сидит.
— Очень красиво, — согласился Ромашов. — По-моему, он лучше всякого кавалериста ездит. О-о-о! Заплясала. Кокетничает Бек.
По шоссе медленно ехал верхом офицер в белых перчатках и в адъютантском мундире. Под ним была высокая длинная лошадь золотистой масти с коротким, по-английски, хвостом. Она горячилась, нетерпеливо мотала крутой, собранной мундштуком шеей и часто перебирала тонкими ногами.
— Павел Павлыч, это правда, что он природный черкес? — спросил Ромашов у Веткина.
— Я думаю, правда. Иногда действительно армяшки выдают себя за черкесов и за лезгин, но Бек вообще, кажется, не врет. Да вы посмотрите, каков он на лошади!
— Подождите, я ему крикну, — сказал Лбов.
Он приложил руки ко рту и закричал сдавленным голосом, так, чтобы не слышал ротный командир:
— Поручик Агамалов! Бек!
Офицер, ехавший верхом, натянул поводья, остановился на секунду и обернулся вправо. Потом, повернув лошадь в эту сторону и слегка согнувшись в седле, он заставил ее упругим движением перепрыгнуть через канаву и сдержанным галопом поскакал к офицерам.
Он был меньше среднего роста, сухой, жилистый, очень сильный. Лицо его, с покатым назад лбом, топким горбатым носом и решительными, крепкими губами, было мужественно и красиво и еще до сих пор не утратило характерной восточной бледности — одновременно смуглой и матовой.
— Здравствуй, Бек, — сказал Веткин. — Ты перед кем там выфинчивал? Дэвыцы?
Бек-Агамалов пожимал руки офицерам, низко и небрежно склоняясь с седла. Он улыбнулся, и казалось, что его белые стиснутые зубы бросили отраженный свет на весь низ его лица и на маленькие черные, холеные усы...
— Ходили там две хорошенькие жидовочки. Да мне что? Я нуль внимания.
— Знаем мы, как вы плохо в шашки играете! — мотнул головой Веткин.